Ичиномия-тян
Дважды два дибила.
Название: Начало.
Автор: ---
Фэндом: Prince of tennis
Пэйринг: Кайдо/Рёма|Момоширо.
Рейтинг: R
Жанр: психология, повседневность,романс.
Дисклеймер: used for fun.
Саммари: отрывки из жизни.
------

Если бы Эчизен Рема вел дневник, то, несомненно, он был полон не безмозгло-нелепых описаний минувших дней, а стрелоподобных фраз-целей: выиграть, победить, получить.
Возможно, там бы встречались язвительные и прожигающие бумагу заметки о провалах соперников и товарищей по команде.
Любая слабость жестоко оценивалась и осмеивалась в глазах Эчизена. Конечно, лишь та слабость, что имела отношение к теннису.
Эчизен вообще был не из тех людей, что позволяют в своей жизни присутствовать вороху ненужных и отвлекающих раздражителей.
Человек со стороны наверняка бы пришел в ужас, узнав, чем полны мысли и дни двенадцатилетнего ребенка.
Кроме тенниса и победы Рема мало о чем мог задуматься всерьез. Конечно, возраст вносил свои директивы - слишком рано для размышлений о будущем, слишком поздно для ветреного ничегонеделанья. Девочки если и представляли интерес, то только как соперницы на корте, где о мягких розовых губках и наивных глазках в обрамлении ресниц не задумываешься.
Одним словом, Эчизен Рема во всех смыслах являлся человеком сосредоточенным и целеустремленным.
Само его появление в Сайшун Гакуен стало знаком новой эры в теннисной команде. Кроме того факта, что в "Сайгоку" приняли первогодку, все узнали, что семпаи 2ого и 3его года - не непобедимые монстры, а вполне себе люди, только с ракетками и подачами помощнее.
Все самое интересное в жизни Ремы началось даже не в момент прибытия, и не со столкновения с Араи: отборочные матчи в основной состав - вот что можно считать точкой отсчета.
Бой с Кайдо, второгодкой из Сейгоку, был своеобразной линией старта. Рёма чувствовал азарт и охотничий зуд, борясь в выносливости с самым клыкастым хищником в команде. Ядовитые зубы Кайдо хоть и жалили, но не смертельно. Было жарко.
Рема любил бороться и не любил проигрывать. А еще он никак не мог сдержать своей колючей натуры и ехидно посмеивался над соперниками посреди матча.
Бой с Кайдо Каору выигран. Соперник-неудачник отложен на полочку памяти и забыт до новых известий. Следующий бой - с третьегодкой...
Кто приятно удивил Рему - так это Момоширо Такеши. Парень оказался крепким и хулиганистым. Наблюдение за его шумными и веселыми выходками и матчами вносило долю разнообразия и элемент суматохи в довольно размеренную - если не сказать строгую - жизнь Эчизена.
Правила тенниса, казалось, прочно въелись в голову Ремы, и использовались им в повседневности. Одногодки и одноклассники предпочитали держаться в стороне от высокомерного теннисного гения, сам Эчизен не имел желания с кем-то сблизиться, ему хватало стены и отскакивающих мячиков.
Может быть, будь у Сайгоку менеджер из тех миловидных девчонок, что готовят лимоны в меду и следят за успеваемостью команды, то Рему бы насильно впихнули в коллектив, подружили с кем-нибудь и не оставили наедине с собой.
Скорее всего, идея провалилась бы с треском с самого начала, но - попытка не пытка.
К началу соревнований, Эчизен Рема все же нашел камень-фундамент в школьной жизни в лице Момоширо Такеши. Хулиган Сайгоку №1 смеялся или игнорировал ядовитые - подчас довольно болезненно - замечания и высказывания Эчизена. Рема благополучно добирался до дома на велосипеде семпая и никто не смел обвинить его в отрыве от коллектива - мол, видите, с Момоширо общаюсь же.
Следующим камнем к некому удивлению самого Эчизена стал побежденный ранее Кайдо Каору.
Иногда случались дни, когда после школы Момоширо спешил на свидание с очередной миленькой поклонницей, обещая ворох шоколадок, поцелуев и воздушных нежностей.
Эчизен шел домой по окружной дороге, неспешно размышляя о вечерней тренировке с отцом и парочке новых приемов, о которых прочитал в журнале.
Его путь в такие дни пересекался с трассой Кайдо-семпая, отбивающего очередную пробежку - начинающуюся от ворот школы и до калитки дома. Как всегда - угрюмый и неприветливый, в бандане, надвинутой почти на глаза, смотрящий на какие-то свои цели и интересы, с портфелем на спине и завязанной узлом на бедрах мастерке.
Мало кто знал, что Эчизену и Кайдо было по пути.
Совершенно никто не догадывался, что взрывной и шипящий на всех вокруг змееныш-Каору останавливался и дожидался, пока Рема переобуется в кроссовки, пристроит футляр с ракетками на плече и приноровится к бегу семпая.
Они не разговаривали, не имея кроме тенниса никаких точек соприкосновения. Каждый даже не пытался понять, зачем и откуда вообще пошла эта своеобразная послешкольная пробежка в молчании.
Эчизен и Кайдо становились сильнее. Каждый - для своей цели.
Калитка. Ступеньки. Разуться и пройти в зал, бросив на ходу "я дома". Вечер после школы неизбежно радовал новым проигрышем и стимулом работать над собой дальше.
Следующим событием, вызвавшим некое подобие удивления у Эчизена стал парный матч двух самых вспыльчивых парней в команде. Соперники из Св.Рудольфа явно были подготовлены и сыграны между собой, тогда как Кайдо и Момоширо даже на корте не переставали кусаться и лаяться.
И все же, Эчизен ясно видел, что они вырвут эту победу из лап противника. Может быть из-за духа соперничества, а может из-за чего-то еще, но Кайдо и Момоширо довольно сносно ладили на корте, успешно прикрывая слепые зоны друг друга.
Рема даже не стал досматривать матч, отправившись на разминку.
Его матч - с младшим братом Фуджи-семпая - обещал стать интересным.
Естественно, Сайгоку выиграли. Рема в этом не сомневался ни на миг.
После матчей Инуи-семпай устроил всем адские деньки, гоняя до седьмого пота. Рема умудрялся засыпать даже на ходу, равномерно махая метлой во время уборки корта.
Тело ломило от усталости. Казалось, что мышцы просто не успевают восстановиться. И тем не менее, вечерние пробежки продолжались. Эчизен слышал краем уха, что у Кайдо-семпая нагрузки возросли еще больше. Змееныш Сайгоку самозабвенно вкалывал, изматывая свое тело до предела, и словно наслаждался опустошающим чувством полнейшего бессилия.
Вечером, перед сном, оббегая легкой трусцой квартал и заворачивая к школьному двору - пару раз отжаться на перекладинах и покачать пресс на брусьях - Рема вновь и вновь задерживался, невольно наблюдая за подтягивающимся Кайдо.
Молчаливые вечера были чем-то неуловимо уютны. Наверное, ощущением некого секрета, известного лишь им двоим, да еще городским сумеркам.
Эчизен, конечно, задерживался. И конечно, вместо предположительно парочки отжимался около нескольких десятков раз.
Слабость - это позор. Эчизен не мог позволить себе и грамма слабости перед лицом того, кто ему проиграл однажды на корте.
Конечно, Рема знал, что в будущем все может измениться и Кайдо-семпай когда-нибудь может быть и возьмет реванш, но пока этого не случилось - нужно держать себя достойно.
Воздух был прозрачным и по летнему звонким, наполненным тишиной засыпающего города.
Небо окрашивалось розовой охрой. Кайдо, крепче перевязав бандану, продолжал пробежку, направляясь куда-то к окраине квартала. Эчизен разворачивался и бежал домой.
Рема умел проигрывать, но знал, что некоторые люди воспринимают проигрыш как конец света и своей личности в частности. Он искренне верил, что Момоширо не из подобных бесхребетных созданий и, когда все начали шуметь и волноваться, что Такеши пропустил несколько тренировок, лишь фыркал и хмыкал, но ничего не отвечал.
Он знал, где можно отыскать хулигана в это время, и знал, что семпай времени зря не теряет, приходя в себя после вылета из основного состава.
Проходя мимо раздевалок, он услышал шипение Кайдо и чей-то виноватый лепет. Заинтересовавшись раньше, чем осознав это, Рема заглянул в открытое окно. Каору-семпай прижал к стене какого-то парнишу из клуба и вытрясал из него душу. Судя по крикам и рычанию, драка возникла из-за смелого комментария парниши на тему "Момо-кун поджал хвост и трусливо смотался из школы".
Сказать, что Эчизен удивился вспышке гнева Кайдо - ничего не сказать. Раньше Рема вообще не задумывался над тем, какие отношения связывают этих двоих вне корта. Казалось, что никаких.
Но может, они, несмотря на соперничество в игре, в жизни - друзья? Брр, страшная картина.
Скорее, Кайдо просто подыскал первый попавшийся повод устроить выскочкам взбучку.
Но осадок остался. Эчизен пометил мысли об отношениях Каору и Такеши как требующие размышлений и отправился домой.
По пути его нагнал Кайдо.
До дома была легкая пробежка в привычной компании. Узнают в клубе - не поверят и не поймут.
Через несколько дней Эчизен заметил, что ему довольно сложно не думать о том, как относятся друг к другу Момоширо и Кайдо.
Может быть, растущая потребность дернуть девчонку за косичку наложилась на по-детски собственническое желание ни с кем не делить друга, соревнуясь с волной протеста - терять полные спокойствия пробежки-вечера с товарищем по команде тоже не хотелось.
Эчизен не привык с кем-то обсуждать свои дела, выпуская пар в теннисных матчах или отбивая мяч от стены до той поры, пока проблема не перестанет волновать. Близились решающие матчи с Хетей, а происходящее между Кайдо и Момоширо продолжало беспокоить высокомерную гордость Ремы, неосознанно, но желающего иметь все и всех.
Наверное, если бы Такеши проявил какие-то чувства к нелюдимому змеенышу, Рема бы не понял и даже отгородился на время, пытаясь переварить ситуацию.
Почему таких дилемм не возникало, когда Момоширо убегал на свидания с девчонками, Эчизен отвечал себе одной фразой: то девчонки, а то Кайдо-семпай.
Вообще, состояние дел в команде Рему волновало лишь постольку, и лишь потому, что от их сплоченности зависел итоговый результат. На счет Эйджи и Ойши, например, Эчизен был спокоен, эти не разругаются в самый ответственный момент. Фудзи и Тезука вроде не собираются друг друга облаивать. Инуи всех запугивает соками, но довольно толерантный к товарищам. Така-семпай без ракетки в руках вообще безвреден и тих. Конечно, Момоширо вроде как все равно вылетел пока из основного состава, но и раньше, присутствуя в нем, ругаться с Кайдо они не переставали. Почему раньше его это не волновало, Эчизен не понимал. Он пытался объяснить это волнением перед матчами, но подозревал, что лжет сам себе.
Когда до сражения с Хетей осталось всего пара дней, терпение Ремы кончилось.
После клубной тренировки, когда он методично и беспощадно разделал под орех всех второгодок, рискнувших поднять на него ракетку, Эчизен задержался в раздевалке.
Краем глаза замечая, что Кайдо тоже не торопится, Рема снимал майку с логотипом команды и менял ее на чистую рубашку-короткорукавку, размышляя о том, сунуть ли пиджак в портфель или понести в руках.
Когда Кайдо снял майку, Эчизен машинально отметил, какое крепкое у него тело. Не зря Инуи-семпай разрабатывал свои тренировки, да и вообще, пригласил Каору в пару к себе.
В пару. С Инуи-семпаем. С Момо-семпаем.
Рема замер, придерживая рукой дверцу шкафчика, делая определенные выводы из ситуации. Похоже, все проблемы берут корни не из отношения с Момо, а из отношений с Каору. Которых, по сути, нет.
На спине, чуть ниже лопатки, на загорелой спине Кайдо виднелся небольшой белесый шрам.
Вопреки здравому смыслу его хотелось потрогать пальцами.
Эчизен подумал, что начинает по-тихому сходить с ума и самоназначил сотню подач мяча в стену - чтобы не расслабляться.
Все так же вопреки здравому, да и смыслу в целом, Кайдо-семпай тоже не спешил и расслабленно застегивал рубашку, чему-то криво ухмыляясь.
Обычно его ухмылка оказывала человекогонный эффект, и представители класса двуногих прямоходящих исчезали в радиусе пары метров от источника этой ухмылки, но Реме неожиданно подумалось, что уметь вот так одним видом отпугивать людей - это здорово.
А еще ему подумалось, что сегодня излишне много странных мыслей в голове. Не иначе как слишком сильно мячиком в лоб от Тезуки-сана прилетело.
И еще подумалось, что последняя троица из клуба уж очень поспешно собрала вещи и покинула раздевалку. Рема быстро взглянул по сторонам - так и есть, кроме него и Кайдо никого не осталось.
Дверца Каору с тихим скрежетом захлопнулась. Змееныш Сайгоку явно был чем-то раздражен. Эчизен мгновенно захотел узнать причину - может, тоже проехаться пару раз по расстроенным нервам Кайдо-семпая получится, а там и до матча недалеко.
Вместо ехидной подколки почему-то спросилось:
- Сегодня не будет пробежки?
- Фшшш,- красноречиво и, главное, очень понятно ответил Кайдо.
Рема хмыкнул под нос. К этим шипящим злым звукам он уже привык в полной мере, получая даже своеобразное удовольствие, глядя, как шарахаются, слыша их, соперники и просто прохожие по время пробежек.
Проходя мимо Эчизена, Кайдо толкнул его локтем. Случайно ли, нет - история умалчивает.
Рема чуть не прищемил себе пальцы дверцей шкафчика, обернулся, раздраженно уставившись на Каору. Змееныш агрессивно посмотрел на Эчизена. Вполне может быть, что и не агрессивно, а вполне по-дружески, но с мимикой Кайдо-семпая это все равно выглядело жутко.
Эчизен криво ухмыльнулся.
- Че?- шикнул Кайдо, нахмурившись и наклонившись к товарищу,- Ты сейчас что-то вякнул?
- Какая же змея могла укусить семпая?- промурлыкал Рема, нагло глядя в зеленые глаза Каору.
Крепкие длинные пальцы стиснули воротник Эчизена, легкий толчок откинул его к стене шкафчиков.
Спину захолодило металлом. Взгляд Ремы не потерял нахального вызова. Кайдо наклонился и укусил нахального первогодку за губу. Почему-то никто не удивился, что укус перерос в неумелый, но страстный поцелуй.
Пальцы Кайдо на плечах Эчизена наверняка оставили по несколько синяков. Губу саднило. Это была приятная расслабляющая боль.
Дыхание перехватывало раз за разом. Одно дело - играть на корте, где соперники разделены тонкой, но непобедимой сеткой, а другое - стоять вплотную друг к другу, и даже теснее.
Эчизен ощущал тепло тела семпая через тонкую рубашку. Это было необычно. Не так, как с Момоширо, когда они возвращались домой на велосипеде, находясь так близко.
От Кайдо веяло опасностью иного рода. Рема любил бросать вызовы опасностям, не глядя на их корни и источники.
Пальцы у семпая и впрямь были длинные, на удивление ловкие. Шершавые от мозолей, приятно скользящие по коже живота.
Можно было, конечно, поиграть в молчанку, но Рема сдал первый же сет, почувствовав прикосновение чужих пальцев к горящей от возбуждения плоти. Он кончил почти сразу же, впервые ощущая нечто подобное.
Куда-то в плечо, уткнувшись лбом, горячо прошипел Кайдо, кончая от движений своей ладони. Пока он не трогал руки Эчизена, для первого раза и так сгодится.
Рема подозрительно молчал, после того, как Каору вытащил руку из его штанов. Спортивные, хвала богам. Школьную форму не запачкали.
Эчизен с любопытством потрогал ладонь Кайдо, собирая на кончики пальцев несколько белых капель и слизывая. Соленое, непонятное.
Глаза Кайдо на миг вспыхнули хищным зеленым пламенем.
Молчали, но неожиданно осознали, что это только начало чего-то странного, но приятного.
Эчизен вернулся домой, привычно поздоровавшись с семьей, и поднялся в свою комнату. Через два дня начнутся матчи с Хетей, но Рема был почему-то абсолютно спокоен, больше не волнуясь о Момоширо и Сайгоку.
Эчизен знал, что, собственно, не нуждается в отношениях с кем-то, но был совсем не против попробовать их такие для начала.
Эчизен догадывался своей врожденной интуитивной мудростью, что Кайдо-семпай тоже не нуждался в чьем-то обществе, предпочитая отношениям хорошенькую штангу или стальной турник.
Если бы Эчизен Рема вел дневник, то, наверное, и сам бы потом удивился - какую чушь можно писать в подростковом возрасте.
Но тогда близились финальные матчи. Было лето.
Все было серьезно.
И молчаливо.

@темы: Prince Of Tennis, Манга, Фанфикшн